(no subject)

[toshick]

ответ oboguev на http://www.livejournal.com/talkread.bml?itemid=9097065

Уважаемый Сергей !

Прочитал выложенные Вами выдержки. Первое, что
я должен заметить, это то, что избранный Вами стиль аргументации представляется
негодным: Вы вываливаете на собеседника немалого размера материал, показавшийся
Вам имеющим отношение к теме. Набрасывание цитат с помощью сканера не требует
много времени, в отличие от их критической обработки. Книга
Хлебникова, судя по выложенным цитатам, являет собой поразительное собрание
глупостей и противоречий, написанных человеком, жаждущим признания профанов.

В плане стиля это подобие «Капитала» Маркса -
аргументация неочевидных вещей подменяется перечислением ужасов (что
неудивительно, в образование автора наверняка входил «научный коммунизм»). Смею
надеяться, что я неплохо представляю себе историю вопроса, и местами не мог
удержаться от смеха. Например, исключительное впечатление производит критика
Гайдара Явлинским. Предположим даже, пусть Гайдар урод (с чем мы будем
разбираться дальше), но критика-то исходит от человека, написавшего почти в те
же годы утопическую программу «500 дней», известного своей никчемностью,
склочностью и пустотой всех своих начинаний, да еще и левизной !

В этом же смысле показателен и набор
источников:

…при первом пролистывании не заметно
ничего, о чем бы прежде не писалось в “Правде”.

«Правда», как и «Завтра», и «Советская Россия»
не имеют компетентных экономистов, на них бессмысленно ссылаться. При том, что
проблемы реформ не скрываются и в приличной прессе - будет желание, посмотрите
архив Эксперта или Ведомостей (оба платные и оба доступны в сети). На мой
взгляд, это наиболее компетентные издания по российской эк. проблематике.

Что касается ссылок на маргинальные газеты, то
это косвенно характеризует качество интеллектуальной среды, в которой авторы
живут и через которую получают информацию о России.

Теперь ближе к делу. Прежде чем обсуждать
столь сложный вопрос, как российские реформы, мы должны хотя бы приблизительно
определиться с системой ценностей и методологией.

Итак, хорошо ли было советское государство ? Можно
ли назвать моральной советскую систему, или капитализм несравненно моральнее ?
(Я не предлагаю Вам определяться по вопросам, связанным с экономической
жизнеспособностью советского государства, тут все абсолютно очевидно. Краткий
период богатства 70х - 80х годов связан с высокими ценами на нефть, до того оно
было страной рабства и нищеты - вспомним о положении крестьян, - после погибло
потому, что не смогло вернуться к своим корням, загнать людей обратно в
бараки.)

В том, что касается частной собственности, Вы
можете опереться на мнение Достоевского, а можете на христианство ... наверное.
Я не верю в Бога, мне трудно рассуждать на эти темы, но мои представления
таковы. Несомненно, свобода и частная собственность открывают дорогу соблазнам.
Но мне представляется, что христианское отношение к миру должно проявляться не
в уничтожении соблазна (тем более, его возможности), а в воздержании от него и
направлении своих средств к добру (или к «вящей славе господней», в другой
конфессии). Один грешник покаявшийся ценнее ...

Итак, было ли моральным императивом сохранение
советского строя, или, наоборот, его разрушение ? Если Вы выбираете первый
вариант, то нам разговаривать не о чем вообще, друг друга мы на поймем. Если же
наоборот, то стоит поговорить о методологии.

Первое требование, которое перед нами
возникает, - не впадать в логическую ошибку post hoc ergo propter hoc.
Кстати, это ведь из вечного арсенала демагогов - приписать некоему
явлению как собственные последствия того, что происходило перед ним, или послужило
причиной смены одного на другое. Так, и Хлебников, и красные газеты приписывают
ельцинской эпохе обнищание и демографические ужасы, на самом деле являющиеся
результатом а) падения цен на нефть, б) гибели советской системы и распада
советского общества (поскольку гибель, как я уже сказал, была заложена в ней
самой, за последствия отвечает тот, кто такую систему построил и поддерживал, а
не тот, кто пришел на обломки).

Второе требование состоит в оценке реальных
возможностей и реальных людей. После 70 лет издевательств в России просто не
было достаточного количества компетентных людей для управления государством.
Тот же Гайдар, как Вы прекрасно знаете, был новообращенным либералом. Его
деяния - это история благодушия и соглашательства там, где компромисс
невозможен.

Третье требование заключается в том, что,
когда мы рассматриваем политическую систему, мы не имеем права произвольно
переносить ее своиства на отдельных представителей и обратно. Объявляя
ельцинский режим то режимом Гайдара-Чубайса, то режимом Коржакова-Сосковца,
можно дойти до каких угодно выводов, только в них не будет никакого смысла.

Ну и, наконец, четвертое требование - подходить к проблеме непредвзято.
В XX веке не так много стран, установивших у себя тоталитарный режим по
воле своего народа, и только в одной стране он продержался так долго. Мы видим,
что «внешнее управление» государством принесло немцам и японцам огромную
пользу, определенную пользу принесла программа денацификации. Заметьте, речь
идет об ограничениях демократии, родственных военной диктатуре. Полагаю, если
бы в Германии 1945 года были проведены свободные выборы, результат их был бы
отвратителен. Эти исторические примеры дают нам некоторое право сожалеть о том,
что подобные меры оказались невозможными в России и объясняют радикальные
высказывания, подобные приведенным в книге.

Соответственно, если мы можем согласится на
эти или подобные им требования, разговор имеет смысл. Замечу, что реально
готовы на это далеко не все: многие при словах «Россия», «приватизация»,
«русский народ», «евреи» и т.п. напрочь теряют способность рассуждать.

Далее я откомментирую некоторые приведенные
Вами цитаты исходя из указанных выше принципов и некоторых данных, которыми
автор либо не обладал, либо предпочел о них забыть. Если я что-то не откомментировал,
это не значит, что я с ним согласен. Это еще может значить, что я не счел
нужным тратить время на полную чепуху.

Каким бы поразительным это ни казалось,
основания экономического и демографического упадка России были положены
командой “молодых реформаторов” и “демократов”, возглавляемой Егором Гайдаром и
Анатолием Чубайсом. Во-первых, перед тем как приватизировать российские
активы, демократы освободили в 1992 г. цены и развязали гиперинфляцию.
Всего за несколько недель сбережения огромного большинства населения были
обращены в прах, моментально разрушив надежду на построение новой России на
основе сильного внутреннего рынка.

Грубая фактическая ошибка здесь состоит в
игнорировании того, что к 1992 году гиперинфляция уже была состоявшимся фактом.
Денежное обращение СССР было разрушено созданием канала обналичивания через
кооперативы, магазины были пусты, номинальная стоимость денег не
соответствовала ничему. Выходов на тот момент было два (и это было заложено
ранее в саму природу ситуации, а не явилось следствием действий реформаторов):
либо провести денежную реформу, помножив сбережения на нечто близкое к нулю,
либо дать системе самой установить стоимость денег. Что и было сделано.

Во-вторых, демократы субсидировали
спекулянтов – молодых людей с хорошими связями, быстро составившими состояния на
присвоении роли прежних государственных торговых монополий и наживе на
колоссальных различиях между прежними внутрироссийскими ценами на русские
товары и ценами, преобладавшими на мировом рынке.

Предлагаю вспомнить о третьем принципе. Автор
таки располагает доказательствами, что это именно демократы субсидировали ? Про
«присвоение роли» я даже комментировать не буду, такой бред.

В третьих, ваучерная приватизация Чубайса
1993-94 гг., последовавшая за гиперинфляцией, уничтожившей сбережения русских,
была выстроена негодно. Большинство русских просто-напросто продали свои
ваучеры за несколько долларов торговцам ценными бумагами или по
неинформированности вложили их в пирамидные схемы, которые затем
обрушились. Вместо создания широкого класса акционеров, чубайсовская
приватизация передала российские промышленные активы в руки коррумпированных
управляющих предприятиями или новым московским банкам.

И то, что следует дальше, про «установление
цены», «номинал стоимости ваучера». Ложь или некомпетентность автора здесь
заключается в том, что он полностью опускает вопрос о льготах трудовым
коллективам. Вокруг него разгорелась такая борьба, что расстрел Белого Дома в
конце 1993 воспринимался некоторыми людьми, связанными с фондовым рынком, как
расстрел их личных врагов. Кстати, этот вопрос был в числе причин конфликта.
Если бы за ваучеры действительно продавались предприятия - целиком, по жестко
установленному списку, без возможности реализовать «права трудового коллектива»
(в реальности это были права директоров - «коррумпированных управляющих
предприятиями», как пишет Хлебников. Интересно, какими еще могли быть
«управляющие» тогда, сразу после конца советской системы ?), - то и ваучер
стоил бы не порядка 20 долларов (приводимые Хлебниковым цены - просто бред), а
значительно больше. Кто вписал в Программу приватизации все эти льготы трудовым
коллективам ? Или, скажем, кто пробил особую схему приватизации Газпрома ? Вы
уверены, что это были гайдарочубайсы ?

Поясню механизм. Поскольку предприятия реально
управлялись некими людьми, у которых была возможность влиять на работников, а у
работников были льготы, управляющие получали преймущество в покупке. Поскольку
аукционы еще и проводились в несколько приемов, директор, скупивший (иногда
насильственно) акции у сотрудников, мог добрать на аукционах совсем немного и
получить контрольный пакет, а сторонний покупатель очень рисковал потратиться
на покупку 40% акций и оказаться против собственника 51% (причем директор
большую часть своего пакета получал по дешевке). Конечно, такая ситуация
блокирует и некоторые действия владельца контрольного пакета (например, для
выпуска новых акций требуется 75% голосов), но оперативное управление, и,
значит, финансовые потоки остаются у него.

Автор, кстати, приводит историю,
подтверждающую захват собственности управляющими (правда, несколько по иному
механизму): «После 1991 года норильские управляющие взяли весь контроль в
свои руки, учредили собственные внешнеторговые компании и начали грабить инвалютный
поток компании. Мелкие акционеры, подобные Онексим-Банку и CS First Boston,
были бессильны остановить грабеж. Схема “акции за займы” дала Потанину его
шанс: правительство выставило на аукцион 38% общих акций и 51% голосующих.»

С «пирамидами» и «чековыми фондами» вопрос
отдельный и представляющий сегодня только исторический интерес.

В четвертых, Чубайс и его союзники
субсидировали эти новообразованные банки, предоставляя им займы из средств
Центрального Банка под отрицательный реальный процент, а также передавая им
счета правительственных учреждений и искусственно манипулируя в их интересах
рынком правительственных облигаций.

Предлагаю вспомнить, кто руководил в 1993-1994
годах Центральным Банком. Прямо назвать Геращенко сторонником гайдарочубайсов пока
еще ни у кого язык не поворачивался.

Возникновение при Ельцине коррумпированного
капитализма не было случайным. Правительство целенаправленно обогатило узкий
круг людей в обмен на их политическую поддержку. Ельцинский клан и приближенные
к нему коррумпированные капиталисты удержались у власти, но это была власть над
обанкротившимся государством и доведенным до нищеты населением. Молодые
демократы, от которых ожидалось, что они очистят Россию, выстроят надлежащую
юридическую систему и поспособствуют развитию рыночной экономики, вместо этого
встали во главе одного из наиболее коррумпированных режимов в истории.

Опять вспомним о методологических принципах.
Чтобы утверждать, что «Ельцинский клан и приближенные к нему коррумпированные
капиталисты» и «Молодые демократы» это одни и те же люди, надо вообще ничего не
знать о предмете книги. Или сознательно прятать обман за трескучими фразами.

Гиперинфляция 1992 г., соединенная с
недостатком мер по защите старых, бедных и больных от растущих цен привела к
поразительному падению продолжительности жизни русских, но Гайдар не видел
разумной альтернативы этой политике.

А что, ее кто-то видел ? Явлинский ? Не
смешите.

В то время как реформа цен вызвала
разорение, другие аспекты демократических реформ попросту игнорировались. «Они
не уделяли внимания другим проблемам построения цивилизованного общества: созданию
эффективного правительства, работающей конституции, установлению власти закона,
созданию жизнеспособного парламента», говорит Явлинский. «Словом, они полностью
провалили построение гражданского общества, которое должно представлять несущую
конструкцию и каркас для экономической деятельности. Даже вопросы экономической
политики, если они не требовались напрямую для освобождения цен, и те
игнорировались: промышленная политика, торговая политика, демонополизация,
приведение в действие конкуренции, рационализация налоговой системы, построение
жизнеспособного банковского сектора, выработка ясных правил игры. […] Ключевым
вопросом 1991 года было то, какой путь мы изберем: освободим ли мы старые
советские монополии, либо мы освободим общество от монополий? Освободим ли мы
номенклатуру от всякого контроля, или мы скажем номенклатуре: “Вы свободны,
делайте что вам угодно”?»

Так-так. Нас что, теперь интересует демократия
? Зачем была приведена эта цитата ? Как вообще автор себе представляет
«построение гражданского общества», которое могла бы осуществить власть ?
Претензии к ельцинской власти в том, что она не обеспечила ни законности, ни
правосудия, осмысленны, но это претензии именно к ельцинской власти. Иначе
назовите мне период времени, в который «молодые демократы» имели контроль над
МВД.

«Есть только один метод – затянуть пояса»,
сказал Ясин. «Мы должны снизить качество нашей жизни.» Выражение “затянуть
пояса” напоминало о жертвах, принесенных русскими людьми во имя победы во
Второй мировой войне. Но на этот раз не будет победы – только обнищание и
ранняя смерть для тех пенсионеров, сбережения которых будут уничтожены
инфляцией.

Результатом торопливой гайдаровской либерализации
цен стало то, что более 100 миллионов человек, достигших при советской власти
некоторого базового материального благополучия, были сброшены в нищету.
Школьные учителя, врачи, физики, лаборанты, инженеры, офицеры армии, сталевары,
шахтеры, плотники, счетоводы, телефонистки, колхозники – все они были
экономически разгромлены. Одновременно, одночасная либерализация торговли
позволила инсайдерам заняться мародерством российских природных ресурсов. У
российского государства был изъят его крупнейший источник доходов;
соответственно, у него не оказалось денег для пенсий, на зарплату рабочим, на
правоохранительные органы, военных, больницы, образование и культуру. Гайдаровская
шоковая терапия запустила безостановочный упадок – экономический, социальный и
демографический – который продолжится до конца ельцинской эпохи.

Тут есть определенная правда - и одновременно
наглая ложь. Да, действительно российский народ был «сброшен в нищету». Но
только абсолютно некомпетентный человек или лжец может утверждать, что это -
результат реформ, а не закономерный результат правления КПСС, помноженный на
падение нефтяных цен. Утверждение «затянуть пояса», как бы жестоко оно ни
звучало, есть всего только отражение простой истины: валовый доход в экономике
делится между сбережением и потреблением. Инвестиции делаются из сбереженного,
чтобы их увеличить и развивать капитальные ресурсы экономики, требуется снизить
потребление (или занять за счет завтрашнего потребления, рассчитывая на то, что
инвестиции его увеличат сильнее).

История залоговых аукционов, о которой идет
речь дальше, весьма своеобразна и не может рассматриваться односторонне.

Во-первых, следует вспомнить, когда они
проводились и когда автор оценивает купленные акции. Между 1995 и 1997 годами
лежит 1996. Купленные в 1995 предприятия несли заметный риск того, что после
выборов будут деприватизированы. Разница цен здесь одновременно и премия за
риск, и плата за политическую поддержку. Если считать возможное продолжение
социалистического эксперимента бедствием, то создание слоя людей, которым есть
что терять, будет не таким уж мерзким деянием.

Во-вторых, хорошую цену за эти предприятия
могли дать только иностранцы, передача же их в руки какой-никакой, но
национальной деловой элиты заложила основу для развития корпораций мирового
уровня с российскими корнями. Хорошо это или плохо, не была ли заплаченная цена
слишком высокой ? Не знаю, но странно, что Вы не обратили внимание на этот
момент. Хлебников-то цитирует обиженных, с ним все ясно.

Дальше я все-таки не удержусь от удовольствия
процитировать особые перлы:

После того как Ельцин пришел к власти,
Потанин переместился в банковское дело. Он учредил два банка, МФК и
Онексим-Банк, воздвигнутых на руинах ведущих внешнеторговых банков
Советского Союза. Лучшие клиенты этих учреждений – более сорока ведущих
российских экспортеров – перевели свои счета в новые банки Потанина, а долги
остались российскому правительству.

Звучит хорошо, если не знать ничего об истории
Внешэкономбанка и выпуске «вэбовок».

В последующие месяцы председатель
Инкомбанка Владимир Виноградов выступил в прессе с протестующим заявлением, что
аукционы схемы “акции за займы” были “фиксированными”. […] Едва он выступил с
этими публичными протестами, как подвергся третированию властей […] и на некоторое
время над Инкомбанком был даже установлено внешнее управление ЦБ.

Ага, т.е. это произошло не вследствие
неудовлетворительного баланса. И разорился он в 1998 году, подтолкнув
банковский кризис (вместе с СБС-Агро Смоленского), потому же, наверное ?

Играя в политические игры в Чечне,
Березовский одновременно продолжал проталкивать свои коммерческие проекты,
несмотря на то, что он был высокопоставленным чиновником российского
правительства. Весной 1997 года он энергично лоббировал ЦБР лицензировать
контракт Андава-Аэрофлот. В марте 1997 г. “Известия” детально сообщали о его
переговорах по покупке Промстройбанка – учреждения, связанного с осужденным
мошенником и взяточником Григорием Лернером, к тому времени томившимся в
израильской тюрьме (Березовский отрицал выдвинутые “Известиями” обвинения).

Между прочим, Промстрой был одним из
крупнейших российских банков, обладал третьей в стране филиальной сетью, его
операции просто несоизмеримы с каким-то там Лернером.

Во втором раунде аукционов схемы “акции за
займы” покупатели в «Мы не могли получить лучшую цену», говорит Кох, «потому
что банкиры, установившие посредством аукционов “акции за займы” контроль над
предприятиями, были не идиотами. Они структуризовали рабочий капитал таким
образом, что все предприятия оказались должниками перед их банками. Если бы
предприятие приобрел кто-то другой, назавтра он получил бы иск о банкротстве.»

Претензия осмысленная. Вот только кому она
адресована - не тому ли, кому подчинялись правоохранительные органы ?

Березовский подошел к проблеме философски: “Мое
краеугольное убеждение, что оставляя в стороне абстрактное понятие о интересах
народа, правительство должно представлять интересы бизнеса” – заявил он в
ноябре 1995 г. в интервью газете Коммерсант.

Между прочим, Березовский прав в том, что «абстрактное
понятие о интересах народа» нужно оставить в стороне. Правительство вообще-то
не должно представлять ничьи интересы - dura lex, sed lex.

Для российского государства сделка “акции
за займы” была катастрофой. Росчерком пера правительство потеряло
значительную часть приносящих доход источников. Эта ошибка скажется менее
чем три года спустя коллапсом финансовой системы государства.

А вот это просто неправда. Предприятия могут
приносить доход государству в упорядоченной системе либо в виде доли собственника,
либо в виде налогов. В 1992-1993 годах никакой доли прибыли предприятия
правительству не отдавали, уплата налогов же не зависит от формы собственности.
Зато эффективность работы зависит.

По иронии, сами финансовые средства, на
которые Березовский и другие олигархи приобрели пакеты в аукционах “акции за
займы”, были получены ими от правительства. На ранних стадиях Гайдаро-Чубайсовского
экспериментирования с капитализмом ельцинское правительство делало все,
что было в его силах, чтобы активно поддержать и вытолкнуть наверх несколько
банков-фаворитов. Этим учреждениям предоставлялись займы Центробанка под
отрицательную реальную ставку. В них вливались на депозиты огромные
правительственные фонды, по процентной ставке ниже рыночной. Им позволили захватить
доходы российских торговых организаций и не платить налоги со свалившихся на
них доходов. Наконец, их допустили к участию в эксклюзивном рынке
правительственных облигаций (ГКО) с ежегодной доходностью в 100% и более в
долларовом исчислении. Оплачивая такие заоблачные проценты по внутренним
долговым обязательствам, российское правительство неуклонно обращалось в
банкрота, но банки с привилегированными связями, подобные Онексиму, Менатепу и
Столичному жирели на этих доходах. Часть полученных ими средств пошла на
приобретение предметов роскоши, часть – на покупку промышленных компаний в
аукционах схемы “акции за займы”.

У меня просто нет слов. Нужно ли объяснять,
как получались правительственные деньги на счета ? (и остальные выделения -
тоже бред)

Какие-либо сомнения в том, что ельцинская
эра принесла России катастрофу, были развеяны демографической статистикой.
Эти числа, даже в самом общих очертаниях, указывают на катастрофу
беспрецедентную в современной истории и сравнимую только с происходившим в странах,
разрушенных войной, геноцидом или бедствием голода.

Напомню еще раз о первом принципе.